Главная » Наше творчество » Проникновение


Проникновение

Наше творчество | 23-12-2010, 00:13

Автор: Mask

Усталость... Она навалилась вдруг, придя из ниоткуда, и сковала собою все. Даже слова с трудом находили выход, скованные усталостью. Мысли словно остановились и не желали даже шелохнуться. Такой усталости она не испытывала даже в период самой тяжелой своей депрессии. Усталость погасила все краски и все звуки окружающего мира. Ничего не хотелось... совсем ничего... только вот разве замереть отрешенно...

Она пыталась понять, откуда пришла эта усталость, и не могла найти ответа. Все было как всегда, как обычно, ничего экстраординарного: работа, дом, ежедневная рутина. Может только вот врачи несколько чаще обычного назначали свидания. Одно обследование сменялось другим. Врачи никак не могли придти к единому мнению и сделать выводы. Они достаточно бодренько встречали в начале визита. Потом как-то начинали мяться и отводить глаза. Каждую встречу они заканчивали общими незначащими словами и нелепыми, уже не обнадеживающими, стандартными обещаниями...

«Устала...КАК я устала... Боже! Дай сил пройти оставшееся, не упав! Дай сил завершить начатое вчера и делаемое сегодня! А завтра... Завтра еще не наступило, о нем я подумаю завтра...» Из последних сил она пыталась держаться на плаву рутины и ждала... Ждала паузы, отдыха, коротеньких каникул. Ждала, чтобы в другом мире забыться, не думать ни о чем и, главное, не думать о врачах и последнем обследовании...

«Стоп! – сказала она сама себе. – Завтра еще не наступило, его еще нет. Вчера уже в прошлом, его уже нет. Все сделанное и сказанное записано на страницах истории – этого не изменить. А я есть сейчас и есть только сегодня. А значит я живу! Об остальном буду думать завтра...»

Она укладывала вещи в чемодан, пытаясь ничего не забыть. Пляжное полотенце, две пары шорт, длинная юбка, пашмина, несколько топиков, купальники... Что еще? Ах да! Пара шлепок, сандали, туалетные принадлежности, кепка... Чемодан заполнился вещами наполовину. Остальную половину заняли предметы для дайвинга, фотокамеры... Она ненадолго задумалась при выборе вышивки. Вышивка стала неотемлемой частью ее самой, как и фото. Вот только что взять с собой? Конкретики или сюжетности не хотелось. Да и в освещенности гостинничного номера она не была уверена. Выбор пал на абстракцию от фирмы PANNA. Еще даже не распечатанный набор отправился в карман сумки ручной клади. Завтра она... Нет, завтра еще не наступило. Сегодня она складывает вещи для поездки в Египет…

...Картины пейзажа за окном машины сменяли друг-друга. Лето уходило, прожигая своими слезами желтые пятна на зелени природы и оставляя багрянец капель крови расставания. Воздух пах осенью. Осений холод обдавал все ее тело при выходе на улицу. От этого холода оцепеневшие в усталости мысли совсем съежились. Было непривычно пусто в голове и почему-то хорошо от этого. Она достала из ручной клади вышивальный набор. Привычно нашла середину тряпочки, вдела в иголку нить нужного цвета. «Какой он блеклый, как я сама,» - подумала она. На канву легли первые крестики...

Аэропорт встретил привычной атмосферой суеты, ожидания, объявлений. Регистрация, контроли, граница были пройдены без инцидентов. Привычная чашка кофе перед объявлением посадки - и можно еще немного повышивать. Народ понемногу подтягивался к обозначенному на табло выходу. Самолет уже стоял на подготовке к отлету. Через окно можно было наблюдать суету вокруг него. Подъехали вагончики с багажом. На борт поднялся экипаж. Вот и посадка. Как хорошо, что место в последней трети самолета – в первой группе пассажиров на борт. Потихоньку все пассажиры заняли свои места. Сколько школьников и студентов! Каникулы... Она слушала музыку, льющуюся из МР3-проигрывателя и продолжала выкладывать крестики на тряпочку. Не заметила как самолет стал выруливать на взлетную полосу. Поняла это, только когда стюард тронул за плечо и попросил выключить плеер – правила есть правила...

Самолет набрал высоту. Все пассажиры занялись своими делами. Кто-то пытался завести с ней беседу. Но она полностью погрузилась в мир музыки, чему способствовал плеер и мир крестиков. Первый цвет уже был отшит. Он странным изгибом улегся на тряпочке. Его ложбинка стала наполняться другим цветом, форма стала округляться и что-то напоминать. Она даже и не пыталась вникнуть в работу воспоминаний, она просто была... В салоне запахло едой – стюарды стали готовится к раздаче напитков и обедов. За стеклом иллюминатора виднелось закатное солнце. Оно уже погрузилсь в редкие облака, окрасив их своим светом. В иллюминатор по другую сторону уже можно было увидеть луну. Она разглядывала смену облаков и их окраску. В памяти проплывали дизайны неба от Gouverneur... «Все-таки они не сравнятся с реальным небом, хотя и хорошо проработаны...» - подумала она и начала работу третьим цветом... Время пятичасового перелета подходило к концу. Уже было объявлено о посадке, и самолет шел на снижение.... Когда самолет коснулся посадочной полосы и стал выруливать на место стоянки, она расправила тряпочку. На канве красовалось закатное солнце и черными штрихами лежали ее редкие мысли...

Проникновение
Проникновение
Проникновение

...Она стояла на терассе отеля и всматривалась в открывающуюся взору картину. Вдали виднелись силуэты гор, нечеткие в своих очертаниях из-за марева тепла, идущего от земли... Вот только земля это или песок? Уверенности в этом не было – неяркие цвета настолько мягко сменяли друг друга, что терялось ощущение реальности. Розоватая земля, песок самых различных оттенков: от светло-палевого до ярко-желтого... Местами были видны светло-зеленые, словно припудренные, вкрапления оазисов и садов. А в их середине можно было разглядеть очертания белых строений. Виднелась синяя полоска Красного моря с лазурными проплешинами коралловых рифов. Солнце потихоньку садилось, редкие тени были почти не заметны. Пора было идти ужинать. Она вернулась в номер, сменила шорты на легкие брюки, уже привычно окинула взором свое временное пристанище. Взгляд задержался на кровати. На покрывале лежала вышивка. Ее губы тронула улыбка – на тряпочке красовался только что виденный ею пейзаж со всеми его цветовыми нюансами и переходами...

Проникновение
Проникновение
Проникновение

...«Отче наш! Иже еси на небеси...»Они шли среди других групп паломников. Разноязыкая речь доносилась из темноты. Можно было различить румынов, болгар, поляков, украинцев, итальянцев... Даже группа из Кореи была... «...Да святится имя твое!..» Российских паломников нельзя было спутать ни с кем. Они выделялись среди всех многим, особенно несуразностью наличия посохов у Проникновение каждого члена группы. Несуразность заключалась в том, что антуражность посохов была слишком явной. «...Да пребудет воля твоя...» Забавно... Паломничество об руку с нарушением заповедей Божих, с осуждением других...  «Ой, они думают на спине верблюда к вратам рая!... Ножками надо, ножками... Ишь чего удумали – за отпущением грехов на чужой спине...» Она мысленно перекрестилась «..И отпусти нам долги наши, яко же и мы отпускаем...»   Горная дорога не освещалась ничем, кроме как нестройным светом карманных фонариков. Несмотря на глубокую ночь, движение было очень интенсивным. Вверх и вниз сновали бедуины, ведя на поводу дромадаров и предлагая путникам  услуги верблюжьего такси. Многие из подымающихся на гору не выдерживали интенсивности подъема и соглашались на предложения. «...И не введи нас во искушение...» С каждой сотней метров стоимость услуг верблюжьего такси значительно возрастала. Верблюды неожиданно выныривали из темноты, некоторые из них пофыркивали, другие недовольно ворчали, третьи все проделывали молча. Здесь были свои, неписанные правила движения. При их несоблюдении путнику грозило сорваться вниз или быть прижатым верблюдом к камню горы. Иногда раздавались испуганные вскрики неосторожных туристов... «Святый Боже! Святый крепкий! Святый безсмертный, помилуй мя!»...

Решение отправиться на гору Моисея (или гору Хориву) пришло неожиданно. Она поддалась какому-то внутреннему голосу, направившего ее в дорогу, и теперь старалась ступать почти след-в-след проводнику, соразмерить дыхание со скоростью подъема и отрешиться от окружающего. Ей это практически удалось. Все происходящее вокруг проходило сквозь нее и не находило ничего, чтобы зацепиться и остаться с ней. Только ее внутреннее «я» было с ней, с ним она вела диалог, с ним размышляла о прошедшем... Точнее даже не размышляла, а позволила мыслям течь, не давая им заплывать в запретную зону завтра...

Она сидела на самой вершине горы лицом на восток. Проводник притулился на корточках в двух метрах от нее и подремывал. Он был горд своей работой – он привел ее в самое красивое место горы, самое лучшее для встречи с солнцем... Позади остались более 2000 м подъема по дороге и преодоленные 748 ступеней каменной лестницы. Температура воздуха на высоте 2285 м над уровнем моря резко отличалась – было всего около 10 градусов тепла, пришлось одеть куртку и завернуться в пашмину. Поднялся ветер – верный предвестник рассвета. В сумерках утра уже стали различимы вершины соседних гор. Перед ее взором простиралась картина наполненная покоем, миром и ожиданием. Даже неугомонные итальянцы приумолкли от открывшегося им величия. На востоке появилась розовая полоска над горами. Их серая масса начала преображаться и приобретать более четкие очертания. Торжество природы, торжество единения, торжество Творца... Над всем этим неслись молитвы разных религий, разных конфессий на разных языках. Голоса лились, переплетались и сливались, помогая друг другу лететь над простором Синая... И на самой высокой ноте молитв, в момент апофеоза единения всего и всех, словно в награду за это единение, край солнечного диска показался над вершинами гор. Над ними пролетел восторженный вздох собравшихся на Хориву. И словно от этого вздоха, а не от взошедшего солнца, все окружающее окрасилось сочными тонами неярких, сбалансированных цветов. Природа словно деликатно позаботилась не нарушить гармонии и величественности момента своим присутствием...

Проникновение
Проникновение
Проникновение

Проникновение

Она онемела от восторга, ее сердце было переполнено чувствами, душа не знала границ, благодать снизошла на нее... Удивительнейшее чувство умиротворенности наполнило все ее сознание. Слезы просветления текли по ее щекам... Она замерла, чтобы получше проникнуться состоянием, чтобы унести его с собой вниз с горы и далеко от нее. А природа в благодарность открывала ей все новые виды удивительных сочетаний света и тени, цвета и оттенков...

Проникновение
Проникновение
Проникновение

Проникновение

Спуск проходил гораздо быстрее. Иногда, на каком-нибудь повороте, замирало сердце от открывающихся видов, а дух - при осознании возможных последствий неосторожности путников. До ее сознания дошел смысл заданного экскурсоводу вопроса: «Почему нельзя осуществить подъем в светлое время?» Ответ она уже не слушала, она улыбнулась промелькнувшей в сознании картинки-ответа: на вершине горы стояли хорошо прожаренные шашлычки и смотрели на просторы Синая..

Несмотря на прошедшие полутора суток без сна, спать совсем не хотелось, усталости не было. Видимо, сказывались переполнявшие ее эмоции. Она расположилась в тени у края бассейна. Проникновение> Плеск воды ласкал слух. Немногочисленные дети, населявшие отель, предпочитали другой басейн.  Ничто не мешало созерцательному состоянию и не отвлекало от вышивки. Крестики один за другим ложились на тряпочку. Все больше цветов оказывалось отшитыми... Солнце скрылось за ближними строениями, значит пора собираться – темнота сгустится очень быстро. Она встряхнула тряпочку, перед тем как сложить, провела по крестикам рукой... и замерла – перед ней простирались горы Синая, а над ними восходило солнце...

...Очередное погружение... Удивительно, но под водой ей дышалось значительно легче. Вес баллонов за плечами и ее собственный не ощущались вовсе. Она мягко двигалась между кораллами. Каких только видов здесь не было! А расцветка: от нежных пастельных тонов до ярких и сочных, сиреневые, зеленые, желтые... самых затейливых форм и конфигураций. Богатство населения подводного мира и его расцветки ошеломляло. Рыбы и рыбешки всех пород и расцветок сновали вокруг нее и удивленно смотерли на пузыри. Некоторые из них улыбались, некоторые в волнении пытались отвлечь ее внимание. Было забавно ирать с ними в прятки или догонялки. Некотрые рыбехи осмелели и приглашали игать в пятнашки. Время замерло и было полной неожиданностью получить от проводника сигнал о подъеме. Дайвинг в Красном море без проводника запрещен медународным правом – забота о сохранности его редкой флоры и фауны...

Проникновение
Проникновение
Проникновение

 Проникновение

ПроникновениеОна лежала на воде закинув руки за голову. Было приятно покачиваться на морских волнах, полностью расслабившись. Она смотрела в седое небо Египта. Становилось почти понятно, почему природа так неохотно расходовала краски для наземных пейзажей. Она приберегла их для подводного мира. Словно позаботилась о разумном чередовании апофеоза и покоя. Природа, как всегда, стремилась к гармонии, балансу и равновесию. Вот и она пыталась сейчас уравновесить свои мысли. Они уже почти слушались ее и лишь изредка еще пытались прорваться в завтра... Она старательно их отгоняла, словно непоседливых детей от запретной зоны, и старалась занять чем-то другим. Ну вот хотя бы прислушаться к звукам подводного мира. Было очень забавно слышать потрескивания и пощелкивания, доносящиеся из воды. Рыбехи и прочие ее жители, видимо, наперебой обсуждали странную рыбину, замершую на самой поверхности воды. Она улыбнулась...

Проникновение...Дом встретил ее штормом со снегом и дождем. Краски осени по сравению с недавно виденным показались ей блеклыми. Контраст был очень резким и отрезвляющим.  Он выдернул ее из приятного состояния расслабленности, покоя и созерцания. Словно улитка, она снова стала бесформенным комочком из мышц, костей и мыслей... Мыслей... А были ли они? Скорее это было их подобие – несвязный хаос их обрывков, их начал или окончаний, нестройное их чередование напоминало разминку оркестра перед началом концерта. Когда можно угадать какие-то ноты, иногда связать их в аккорды и даже совместить с другими звуками, но невозможно понять Проникновение всю звуковую картину в целом... Она уже по опыту знала – в таком состоянии лучше всего вышивать. Тогда крестики, появляющиеся на канве, в чем-то созвучны мыслям и всему состоянию. Она продолжала работу над абстракцией, и невольно ее сознание вернулось в только что покинутые места. Вся работа дышала теплом Египта, пахла Красным морем, звучала молитвами, простирающимися над Синаем... Незаметно для нее самой на тряпочку лег последний крестик. Работа закончена, закончился еще один этап ее жизни. На выстиранной и отглаженной канве он красовался во всем своем многообразии...

Она уже отвыкла просыпаться по будильнику, но сегодня это пришлось вспомнить. Утро было расписано поминутно. Все делалось без вдавания в подробности делаемого, без вдумывания. Все действия были отработаны многолетней рутиной и были давно привычны. Животные поняли, что мама сегодня с ними не останется и разбрелись по своим норкам. Они продолжали следить за ней глазами со слабой надеждой быть взятыми с собой. Нет, мама сегодня слишком сосредоточена, что-то не так... Вот и звук закрываемой двери...

...Она смахивала снег с машины и соскребала лед со стекол. Одновременно  пыталась понять, все ли сделано, и все ли необходимое взято с собой. В ее движениях ощущалась некоторая расстерянность. Проникновение Отряхнулась от снега, села в машину.  Привычным движением был накинут ремень безопасности, ключ в зажигание, проверка тормозов... Все в порядке, можно ехать. Она замерла. Перед ее глазами всплыли картины Египта – вчера она оформила вышивку. И чтобы не говорили об этой абстракции, для нее она навсегда останется вышитым с натуры Египтом, с его теплом, солнцем, красотами под водой, его умиротворящими просторами. Через эту работу она прониклась Египтом и через его красоту поняла суть вышитой абстракции. И это проникновение останется с ней навсегда, чтобы не принесло завтра... Она встряхнула головой, словно освобождаясь от наваждения, глубоко вздохнула – медлить больше нельзя, пора ехать. Привычно повернула ключ зажигания. Мотор довольно заурчал. Машина мягко тронулась с места. Наступило ЗАВТРА...

Обсудить на форуме или оставить отзыв >>